Печаль Тангриэль

На бреге речном
Сидит Тангриэль,
Печали предавшись.
По лику ее
Слезы текут,
Горечи полные.

В бурные воды
Ретивой реки
Богами завещанный
Шар уронила —
Забыла себя,
Печалью охвачена.

Воспрянь, Тангриэль,
И слезы сотри
С лика прекрасного!
Древние боги
Мудрость явили
В своем провидении!

Слушай же, дева,
Вот утешенья
Слова долгожданные:
Над шаром богов
Стихия воды
Власти не ведает!

Заперт

Я сажусь на кровать, закрываю глаза,
Вспоминаю события жизни моей.
Сквозь закрытые веки стекает слеза,
Унося в себе груз заблудившихся дней.

Этот плач для меня означает конец
Для всего, чему верил, чего ожидал.
Я же знал, что я в жизни вовсе не спец,
Но не думал, что скоро наступит финал.

Я всю жизнь проводил, уходя от себя,
Понимая, что лучше, чем есть, мне не стать,
Но не знаю, зачем я себе из гнилья
Дом построил и начал с тех пор умирать.

И в слезах этих я изгоняю всю боль,
Что таилась во мне, не давая уснуть,
Не давая понять красоту дивных зорь,
Освещавших мой истинный жизненный путь.

Находил я друзей, но всегда был один.
Ведь дружили они не со мной, а с плутом,
Надевавшим всегда на лицо сотни мин,
Но не знавшим, как выглядит это лицо.

Наконец-то оно обнажилось совсем,
Но не стану я с зеркалом душу делить.
Эта плоскость была мне нужна лишь затем,
Чтобы маску прочней на лице укрепить.

А теперь я не вру ни себе, ни другим,
Только пользы от этого нет ни на грош:
Я остался ни с чем, я остался один,
Я не то чтобы плох, но отнюдь не хорош.

Я ложусь, засыпаю, но завтра опять
На закате земного осеннего дня
Стану снова себя за грехи укорять
Без надежды на выход наружу себя.

2005-2008

Feline

My feline love that passed so fast,
It was so furry, not long last.
So primal, wild, and purring fond -
This seemed to be a solid bond.

Alas the time had come for claws,
So sharp and thin, not knowing flaws,
They wound our flesh till bleeding sores
And cut off whiskers: mine and yours.

29 Февраля 2008

Sometimes it's fun
Sometimes it's not
Sometimes it's gun
Sometimes it's knot
Sometimes it's you
Sometimes it's me
I wish I knew
How it would be

Instead of cold
Instead of heat
Instead of dome
Instead of feet
Instead of way
Instead of roam
I wish to stay
But not alone

Before a night
Before a day
Before a fight
Before obey
Before the end
Before the start
I wish our hands
Won't split apart

A kind of pain
A kind of sore
A kind of game
A kind of law
A kind of mind
A kind of sense
I wish to bide
Another chance

Декабрь 2005

Insomnia

I'm sitting right here
At my working table
And thinking about
What could I write

I have no fear
If I'm no longer able
To make silence loud
'Cause it's the middle of night

I won't deny
That lines're rather stupid
But what've you expected
Of my silly mind?

I love the sky
Hate Valentine's cupid
My falg is erected
But I still have to bind

Are you still reading?
You must be in good temper
If I were you
I'd throw this away

It's not as misleading
As a mention of the stamp act
It's like a shampoo
I've washed from my brain

I will not attend
You expectations
To read something hot
That's all I could make

You've read it till the end
My congratulations
Delirium is not
Too easy to take

Сентябрь 2005

Проба пера

Писать стихи хочу красиво,
Чтоб за живое задевать
И вместе с тем не очень криво
Все мысли в форме излагать.

Тогда бы стал и я поэтом.
Не тем, кто любит рифмовать,
А тем, кто зиму, осень, лето
Словами может записать.

Пока стихи мои не очень,
Пока что нет толковых строк,
Теорией я озабочен.
Но обученья долог срок.

Сие пишу для тренировки,
Чтоб знать, насколько слог мой плох.
А заодно для подстраховки,
Не потерять чтоб жизни ток.

Замечу я, что сим доволен,
Хотя не очень хороша
Строфа, и рифма вот подводит,
Но все равно поет душа.

Ведь что-то лезет из-за мозга
И не дает спокойно жить.
Нет, то не пряник и не розга,
То мыслей бешеная прыть.

Она меня всегда спасала
И доставала из глубин.
И с ней я проживу немало -
До самых старческих седин.

Пускай, что бред, но все же льется
Струя чернил из стержня вон.
А значит, жив родник эмоций
И нерушим его закон.

Закон гласит: кто волен думать,
Мечтает, страждет, рвется ввысь,
Того не разорвутся струны,
Что полнят музыкою жизнь.

Апрель 2005

Дом моей мечты

Я хотел бы жить в таком доме,
Где каждая комната имеет свой цвет
Для эйфории и для паранойи,
Для настроения и когда его нет.

Оранжевая комната, когда очень весело.
Светло-голубая, когда немного грустно.
Когда в лавке жизни счастья не довесили,
То комната цвета свежей капусты.

Золотая комната с драгоценной инкрустацией —
Для проявлений мании величия.
С фрактальным узором — для глубокой прострации.
С нормальными обоями — для соблюдения обычая.

Должна еще быть комната белая,
Когда в голове нет ни одной мысли.
Контрастные тона, когда идея смелая.
А для тоски цвет стен — серебристый.

И обязательно комната черная,
Когда на задний план отходят слова.
И на всякий случай серая, безузорная,
Если вдруг на разум нападет ничева.

Что-нибудь ярко-ярко-красное,
Когда сердце обильно кровоточит.
Это подойдет и для чувства страстного,
И когда из вены острый нож торчит.

Можно еще розовую уборную,
Чтобы, когда плохо, легче рвало.
А в спальне обои цвета задорного,
Чтобы окончательно крышу унесло.

Вот в общих чертах желанное строение
Для мгновений счастья и минут уныний,
Где тысячи комнат для любого настроения,
И все они смежные — для шизофрении.

Февраль 2005

MR01

Я всю жизнь шел на свет,
Но он оказался блеском зеркал.
И мое счастье не в той стороне,
Где я его так долго искал.

Январь 2005

Вокруг да около

И вроде все хорошо,
И вроде что-то не так.
Солнце светит еще,
Но вокруг давно мрак.

Я не могу объяснить
Мою боль в двух словах.
Ее нельзя усыпить.
Мои щеки в слезах.

Я не имею понятья,
Как это чувство назвать.
Тоска в черном платье
Ко мне ложится в кровать.

Она мне на ухо шепчет:
«Не плачь, отключись,
И тебе станет легче,
Главное – отоспись».

Но я ей не верю,
Ей был обманут не раз.
Я на этой неделе
Не спал всего один час.

Я не хочу спать всю жизнь,
Чтоб уйти от проблем.
Мой организм состоит
Из очень нервных систем.

Январь 2005

Слезы

Серебряные пули слез твоих
Мне капают на грудь и убивают зверя.
Представь себе, что было бы без них,
Во что бы я без слез твоих стал верить.

Их чистота, их соль мне помогли
Очистить душу от пустых волнений.
И слезы в моем сердце разожгли
Огонь эмоций чувств и ощущений.

Когда я видел, как смеешься ты,
Когда еще не знал, о чем ты можешь плакать,
Уже тогда я знал, что станешь ты
Той, чья слеза разбавит жизни слякоть.

Другие тоже плачут, но как ты –
Одна на миллион, и та бы не сумела.
Но нет со мной сейчас живой воды,
Что залечила бы мне сердце, душу, тело.

Январь 2005

Коробейники

Эх, полным полна моя коробочка
В ней и экстези и спид.
Вот идет вдали душа-зазнобушка,
Она с экстези торчит.

Я отсыплю дозу ей немалую,
Чтоб колбасилась всю ночь.
Ну а коль придут менты с облавою,
То уж нечем ей помочь.

И опять лишусь я покупателя,
Но мне как-то наплевать,
Главное, чтоб моего работодателя
Не смогли менты поймать.

Парень бережно торгуется:
Всё спустил на наркоту.
Скоро в обувь белую обуется,
Если не забудет про иглу.

Знает только венушка глубокая,
Сколько дряни он вколол,
Не простит его судьбинушка жестокая,
Для него игла - что кол.

Эх, полным полна моя коробочка
В ней и экстези и спид.
Вот идет вдали душа-зазнобушка,
Она с экстези торчит.

Январь 2005

Harmful Suggestions

My father tells me all the time
That I should find myself a job
If you don't work, you'll make a crime
I answer him 'Fuck off, old snob'

My mother tells me all the time
That I should find myself a bride
The choice of course is hers not mine
And I don't think that it's all right

My best friends tell me all the time
That I should find another style
I like the way my garb’s combined
I'll wait with changes for a while

My sister tells me all the time
That I should find her stuff I've lost
When I don't find she starts to cry
And stops her chatting so that I like her most

My brother tells me all the time
That I am out of my own mind
He says my verses and my rhymes
Are all of very stupid kind

Январь 2005

No hope

У меня самая неблагодарная профессия -
Я отнимаю у людей надежду.
И независимо от конфессии
Меня все ненавидят. Невежды!

Декабрь 2004

Запой

Я просыпаюсь после похмельного сна
В поту холодном
Непригодный
Для нового дня.

Меня несет в уборную
Рвотный рефлекс.
Сквозь массу зловонную
Я вижу свой контекст.

И в нем моему имени
Синоним - мудак.
Но между букв я высмотрел
Таинственный знак,

А приглядевшись, я понял,
Что это таракан.
Собрав остатки воли,
Я наполняю стакан.

И снова заливаю
Я в свой желудок зло,
Хотя я точно знаю,
Что с него и рвало.

Но мне нужно пить,
Чтобы забыть.
Чтобы забыть,
Нужно память утопить.

Мне не страшно похмелье,
Мне не страшен цирроз.
Мне нужно избавленье,
От реальности наркоз.

Я хочу жить в алкогольном тумане,
Чтобы не обдумывать запретных тем,
Заспиртовать все мечты, чтобы не умирали,
Чтобы было меньше проблем.

Декабрь 2004

Светлый Ангел

Светлый ангел спустился на землю с небес
По воздушной дороге, попал прямо в лес,
И пошел он петлявшей, но верной тропой
Свои крылья сложив в мешок за спиной.

Он давно за землей наблюдал с облаков,
Видел он мудрецов, видел он дураков,
И не мог светлый ангел спокойным быть,
Ведь он видел, что люди не могут любить.

Те что могут — есть, но их слишком мало,
И ангел решил, что пора настала

Подарить людям счастья и мира секрет,
Рассказать про любовь и дать им завет:
Чтоб любили они, уважали друг друга,
Чтоб в беде подавали свободную руку,

Чтоб забыли они про войну и про месть,
Чтоб были они такие как есть.
А в родных небесах миновала заря,
Братья ангела думали, что всё это зря,

И не верили в то, что он что—то изменит,
Но ему все равно, ведь сам он верит.
И вот город пред ним словно солнце взошел,
Ангел твердой походкой в ворота вошел,

Он увидел вблизи, тех за кем наблюдал,
И проникся он к ним еще большей любовью,
Он на площадь вышел, и к людям воззвал,
Но никто не повел ни ухом, ни бровью.

Никто не услышал, никто ему не внял,
Разум людей был сонен и вял.

И тогда ангел стал творить чудеса,
И к нему сразу все обратили глаза.
Он движеньем руки разогнал в небе тучи,
И на город спустился солнца радужный лучик,

И пробились из грязи цветы и трава,
Но c собой совладав, спросила толпа:
«Кто ты? Что? И откуда? С какой целью пришел?»
И тогда в центр площади ангел пошел,

И сказал светлый ангел свою людям речь,
Она была словно гром, как заточенный меч,
Ангел дал людям счастья и мира секрет,
Рассказал про любовь и дал им завет:

Чтоб любили они, уважали друг друга,
Чтоб в беде подавали свободную руку,
Чтоб забыли они про войну и про месть,
Чтоб были они такие как есть.

Люди слушали ангела разинувши рты:
Все секреты счастья оказались просты.
Когда ангел закончил, он их спросил:
«Всё ли поняли вы?» — ответ удивил:

«Все складны и прекрасны были слова,
А теперь извини: у нас тоже дела.»
И стала толпа расходится прочь:
Кто корову доить, а кто камни волочь.

Только ангел остался там, где стоял
И в отчаянье крылья из мешка он достал.
Распахнулись крылья, всех озарив,
Вздох толпы был похож на моря прилив,

Долго люди дивились и стояли в молчанье,
На картину похоже было это собранье:
В центре — ангел раскинул свои два крыла,
На него неподвижная смотрит толпа.

Вдруг кто—то крикнул: «Он сумасшедший:
Возомнил, что он с неба посланник пришедший!»
И никто людей не смог бы унять:
Старый ли, молодой — все кричали: «Распять!»

И только тогда светлый ангел понял,
Что герой среди них был бы изгоем,
Что этих людей нельзя научить,
Как в мире жить и друг друга любить.

И как горный обвал сдавили надежды,
Всё, о чем он мечтал, растоптали невежды,
Нет, не придет на эту землю спасенье,
От муки этой одно избавленье.

Ангел застыл и напряг свою руку
Без ножа и меча, лишь усилием воли
Кожа вен разошлась, не издав ни звука,
Он знал на что шел, он не чувствовал боли.

И только тоски непонятной слеза
Исказила мир, намочив глаза,
И светлая, чистая, небесная кровь
Полилась, унося с собой жизнь и любовь.

И вдруг от толпы человек отделился,
И к ангелу он второпях устремился,
Но никто не смотрел, и не видел народ,
Как к запястию ангела прислонился рот.

И он пил и сосал ангела кровь,
Забирая в желудок жизнь и любовь,
Он впитал в себя силу, но не стал он добрее,
Сила ангела в зло обратилась в звере.

И когда была выпита последняя капля,
Тело ангела вдруг стало белым, обмякло,
И свалилось оно в городскую грязь,
Тот, кто пил его кровь, об рукав вытер пасть.

А когда настал вечер и все разошлись,
Когда в небе звезды огнями зажглись,
Опустились на землю ангела братья,
Собрались у тела, заключили в объятья,

И пока была ночь, пока люди слепы,
Тело с грешной земли забрали на небо.

02.06.04 — 05.06.04

Зря

Ты меняешь всю свою жизнь на лайф,
Холодный металл впускает в кровь кайф,
Во время прихода нет мыслей ни о чем,
В мозгу сломалась кнопка «Прием».

Мгновения счастья, затем пустота,
Ты проснешься утром, не различая цвета,
Всё вокруг плохо, и в качестве наркоза
Ты идешь к нему за новой дозой.

Ты давно живешь один, ты потерял семью,
Ты забыл значение слова «люблю».
И тебя уже никто не любит давно,
Цветные чувства мертвы, осталось серое зло.

Развлечение скоро переходит в зависимость,
Остановка в пути — только лишь видимость,
Многие из тех, кто удачно бросали
В скором времени опять начинали.

Ты не видишь ничего, только белый порошок,
Две недели без воды стоит любимый цветок.
Цветок в горшке и тараканья жалость —
Это всё, что из непроданных вещей осталось.

Следующий шаг — ты начинаешь воровать,
Ты сможешь ограбить собственную мать.
Но ей все равно, она больше страдала,
Когда еще при жизни тебя потеряла.

За воровством по пятам убийство следует,
И ты всё время творишь, и никогда не ведаешь.
Но тебе всё равно: у тебя нет больше воли,
Ты морально туп, ты не видишь чужой боли.

Отсутствие денег — наличие ломки,
Сознание пытается порвать котомку,
Глухие крики тела объявляют гласность,
С миром проститься есть большая опасность.

Твоя пародия жизни завершится передозом:
Желудок наизнанку и кровь из носа.
Розовый приход уступит место золотому.
Тебе никто не мешал жить по-другому.

2004

7436410

Многие со мной не согласятся,
Многие будут камнями кидать,
Но не могу я в молчанье остаться,
О наболевшем хочу я сказать.

О том, как меня всё достало,
О том, что хочу я отсюда уйти.
Мне нужно немного, даже мало:
Ухо готовое слушать найти.

Ведь в этом противно-совершенном мире,
Который, к сожалению, самый лучший,
Как в идеально сплетенной паутине,
Где слышен смерти голос зовущий,

Где все отношения сводятся к еде,
Где все торжества приводят к сексу,
Где людям противно признаться себе,
Что в их груди нет места сердцу,

Меня не волнует чужое горе,
Меня не радует чужое счастье,
И о каждом я думаю как о воре,
Как о собаке с раскрытой пастью.

Я буду мерить время песнями,
А расстояния — сигаретами,
Может тогда жить станет интереснее,
Но не быть душе никотином согретой.

Я запутался в оправданьях и лжи.
Я распластался по полу в бессилии.
Шаблоны и традиции мне не нужны.
Над моим умом совершают насилие.

Среди этих мразей и сволочей
Нет места живому человеку.
Диоген днем с огнем искал людей,
Но не нашел никого за полвека.

Музыка спасает, но ненадолго,
Ведь их депресняку до моего далеко:
От уха до уха через мозг заколка
Пробита сильной рукой легко.

Мысль разрывает башку изнутри.
Отсутствие выходов - полная ясность.
Путь только один, но не уйти,
А здесь, в этом дерьме, остаться

Жить, понимая бессмысленность жизни,
Жить, ожидая прихода смерти,
Жить, не зная, не ощущая,
Что мои мечты давно уже свергли.

Во мне не осталось надежды и веры.
Любовь и ненависть давно забыты.
Все, что осталось - это черные стены,
К которым гвоздями мои руки прибиты.

Я лежу на стене в позе Христа.
Странно, ведь он учил нас любить.
Для меня эта наука не так проста,
Как когда-то могла бы быть.

Не найдя убежища в наркоте,
Не найдя ответа на дне кувшина,
Стабилизатор идей — кишки на винте.
Мое сознание не больше аршина.

Уходящий вдаль забытый туман,
Туман невыполненных обещаний.
Самоубийство — самообман,
Безнадежная попытка уйти от страданий.

Фикция счастья, уборка в квартире,
Все части тела разложены в банки,
Я жив, но меня уже давно убили,
Переехали разум тяжелым танком.

За изумрудной оградой можно укрыться,
Но за ней не растет ни одного цветка.
За изумрудной оградой не поют птицы.
Плата за вход — мизер — душа...

2004

Весна

Люди живут в городах,
Не видя пламя огня,
Не слыша живой воды,
Не видя белого дня,
Не видя ночью звезды.
Вся жизнь проходит в трудах,
Снег не растопит весны
На почерневших полях.

2004

Весна в Мурманске

Непривычно зеленеет,
Трава на газоне,
И приятно синеет
Дыра в небосклоне.

И бегут, и бегут вдаль облака
Цвета свежего, парного молока.

И улица полна
Людьми и светом,
Ведь всё-таки пришла весна,
И ничего, что летом.

2004

Утро

Утро. Подъем.
Застелить кровать.
Кофе пьем,
Чтобы не спать.

Помыться. Одеться.
Собраться. Пойти.
Топтаться. Дождаться.
Залезть. Доехать. Войти.

Сесть. Посидеть.
Немного подумать.
Начать работу.
Развлеченье придумать.

Работать. Работать.
Перерыв на обед.
Работать. Работать.
Пяти еще нет.

Свобода. Свобода.
Обратно домой.
Зайти в подъезд,
Распахнув дверь ногой.

Раздеться. Мыть руки.
Готовить и есть.
Убрать за собой.
В телевизор засесть.

Выключить. Читать.
Будильник поставить,
Чтобы не проспать,
В грязь лицом не ударить.

Закрыть глаза,
Чтобы звезда не мешала.
Натянуть одело.
Утром все сначала.